Общественное мнение в последние месяцы привлекла тема календаря. Последовавшая относительно этого вопроса дискуссия, в который раз показала ангажированность и неподготовленность многих участников спора. Казалось бы, логично, что календарный вопрос должен решаться путем изучения календарной проблемы, однако, в нашем случае звучали аргументы самого разнообразного характера: идеологические, культурологические, политические и даже экономические. В общем, все что не имеет никакого отношения к календарю и никак не отражает реальную суть проблемы.
Для начала попытаемся кратко рассмотреть историю календарного вопроса в Православной Церкви и состояние календарной проблемы.
С глубокой древности человечество фиксировало наличие естественных циклов – это смены дня и ночи, смены времен года, смены лет. Цикличность явлений природы обусловлена тремя факторами: оборотами Земли вокруг собственной оси, вращением Луны вокруг Земли и вращением Земли вокруг Солнца. Поэтому в основу всех известных календарей положены наблюдения именно за этими явлениями. В истории существовало три основных типа календарей.
Первый тип – это лунные календари. В них за основу отсчета взят синодический месяц, то есть промежуток времени между двумя новолуниями. Синодический месяц длится в среднем 29,53 суток. Лунный календарь обычно состоит из 12 синодических месяцев, каждый из которых длится 29 или 30 дней. Сегодня лунный календарь используют, например, мусульмане.
Второй тип календарей – это солнечные календари. За основу таких календарей взят тропический год, то есть время одного оборота Земли вокруг Солнца. Один тропический год составляет 365 дней, 5 часов 48 минут и 46 секунд. Классическим примером солнечного календаря является юлианский календарь.
Третий тип календарей – это лунно-солнечные календари. Они используют синодические месяцы, но при этом учитывают продолжительность тропического года. Чтобы согласовать эти два цикла, периодически к календарю добавляется один месяц. Именно таков, например, традиционный китайский календарь.
В годы земной жизни Господа Иисуса Христа первосвященники Иерусалимского храма пользовались лунно-солнечным календарем, в котором год состоял из 354 дней. Центральными иудейскими праздниками были Пасха, Пятидесятница и Кущей. В Христианской Церкви главными событиями года становятся празднования в честь Крестной Смерти Иисуса Христа, Его Воскресения и Сошествия Святого Духа на апостолов. Но они неразрывно связаны с ветхозаветными праздничными днями. Поэтому Церковь не могла полностью игнорировать иудейский круг праздников.
Вместе с тем, уже с I ст. после Рождества Христова в Церковь стали массово приходить бывшие язычники. Они не были привязаны к иудейской календарной традиции, а жили по юлианскому календарю, который был в то время принят в Римской империи. Название этого календаря связано с императором Гаем Юлием Цезарем. Именно по его поручению александрийский астроном Созиген разработал новый солнечный календарь. Он считал, что тропический год длится 365,25 суток, поэтому в новом календаре год состоял из 365 дней. Таким образом, за четыре года накапливалась погрешность в сутки. Поэтому каждый четвертый год объявлялся високосным: к нему прилагался один день, который должен был ликвидировать ошибку. Юлианский календарь был введен в Римской империи в 46 г. до Рождества Христова.
Таким образом, христианская Церковь оказалась на пересечении двух календарных практик: иудейской и римской. И это породило проблему приспособления иудейских правил исчисления праздников к юлианскому календарю. Довольно быстро стало очевидно, что вычислить по юлианскому календарю точные даты основных событий земной жизни Иисуса Христа просто невозможно. Это и послужило причиной долгих дискуссий о принципах построения христианского церковного года.
В первые века христианства в разных Поместных Церквах существовали разные подходы к исчислению даты Пасхи. Например, в Малой Азии и в Палестине Пасху праздновали вместе с евреями (в ночь с 14 на 15 нисана, независимо от дня недели). В Александрии же, Сирии и Риме Пасха была передвижным праздником, дата которого исчислялась по разным правилам.
Христиане в Александрии и Сирии, по меньшей мере, с III в. стали использовать 19-летний цикл для согласования юлианского календаря с традиционным иудейским календарем и для вычисления даты празднования Пасхи. Дело в том, что 19 тропических лет почти точно совпадают с 235 синодическими месяцами. Календарь, основанный на 19-летнем цикле, имеет 12 лет по 12 синодических месяцев и 7 лет по 13 синодических месяцев. В результате 19-й год этого цикла завершается в тот же день по солнечному календарю.
Вопрос о дне празднования Пасхи обсуждался на Первом Вселенском Соборе в Никее в 325 г. К сожалению, до нас не дошло письменных постановлений Собора по празднованию Пасхи. Некоторые ученые высказывают предположение, что официального письменного постановления о Пасхалии Собор и не принимал. В частности, профессор Василий Болотов считал, что отцы Собора приняли «незаписанное, неоформленное, имеющее характер товарищеского соглашения».
Император Константин Великий направил послание тем епископам, которые не присутствовали на Соборе в Никее. Из этого послания узнаем, что Собор стремился, чтобы все христиане совершали праздник Пасхи в один и тот же день. Также Собор однозначно исключил возможность праздновать Пасху по иудейским правилам. Было решено проработать свой порядок времени и свой закон.
Общие принципы, установленные Собором по пасхалии, были следующими. Во-первых, Пасха Христова должна была быть передвижным праздником, который исчисляется каждый год по специальным правилам. Во-вторых, Воскресение Христово всегда должно праздноваться в воскресный день. В-третьих, этот день должен выпадать после весеннего равноденствия. Составление таблиц с датами празднования Пасхи Собор поручил Александрийской Церкви. Именно Александрийские архиепископы регулярно направляли послания всем остальным Церквам, где указывали даты празднования Пасхи.
В 341 г. Поместный Антиохийский Собор в своем 1-м правиле указывал: «Те, кто отважится нарушать определение святого и великого Собора, который был в Никее, о святом празднике спасительной Пасхи, пусть будут отлучены от общения и отвергнуты от Церкви… Если кто-то … решится … отделиться и с иудеями совершать Пасху, такого святой Собор отныне уже присуждает быть чужим Церкви». Осуждение тех, кто празднует Пасху «с иудеями», встречаем и в 7-м апостольском правиле.
Этот запрет праздновать Пасху «вместе с иудеями» обычно толкуют, как недопустимость отмечать Пасху в один день с иудеями. По этой логике христианская Пасха должна праздноваться обязательно после весеннего равноденствия и после иудейской Пасхи. Однако, в древних источниках мы встречаем другое понимание слов «вместе с иудеями» (μετά τῶν Ἰουδαίων).
В цитированном послании император Константин указывал, что Христианская Церковь должна создать свою систему исчисления пасхалии, которая не была бы зависима от иудейской Пасхи: «Да не будет у нас ничего общего с народом иудейским, поскольку нам указан Спасителем другой путь… Мы должны отделиться от того позорного сообщества, потому что на самом деле странно восхваление иудеев, будто мы неспособны соблюдать этот обычай независимо от их постановлений».
Итак, на Соборе говорилось не о привязке христианской Пасхи к Иудейской Пасхе, а, наоборот, о полном отказе от учета христианами иудейского богослужебного календаря! Поэтому в IV-V вв. неоднократно день Воскресения Христова мог совпадать с иудейской Пасхой. Например, св. Епифаний Кипрский в 370-е гг. писал: «Пасха не может праздноваться, если не прошло равноденствие, чего иудеи не соблюдают. Мы совершаем Пасху после равноденствия, хотя и они [иудеи] совершали, поскольку и они вместе с нами часто ее совершают. А когда они совершают Пасху до прихода равноденствия, то совершают одни».
По александрийской пасхалии христианская Пасха совпадала с иудейской в 289, 296, 316, 319, 323, 343, 347, 367, 370, 374, 394 годах. И это не воспринималось как нарушение постановлений Первого Вселенского Собора. Считалась обязательной лишь привязка пасхалии к весеннему равноденствию.
Однако постепенно как на Востоке, так и на Западе стали осознавать неточность юлианского календаря. Как говорится, в нем за основу взята продолжительность тропического года в 365 дней и 6 часов. Однако реальная продолжительность тропического года меньше: 365 суток 5 часов 48 минут и 46 секунд. Итак, юлианский календарь имеет ошибку в 11 минут и 14 секунд в год. За 128 лет эта погрешность дает ошибку в 1 день. Поэтому весеннее равноденствие в юлианском календаре равномерно отклоняется от астрономического равноденствия. Соответственно, праздник Пасхи Христовой постепенно смещается в сторону лета.
Во второй половине XVI ст. Римский папа Григорий XIII решил провести календарную реформу. 24 февраля 1582 г. он издал распоряжение считать день после 4 октября 1582 г. не 5-м, а 15-м октября. Таким образом, была ликвидирована ошибка юлианского календаря, накопившаяся с IV ст. Чтобы не допустить накопления этой погрешности в будущем, было решено считать високосным каждый четвертый год за исключением тех лет, которые завершают столетие и число сотен в которых не делится без остатка на четыре (1700, 1800, 1900, 2100). При такой системе на каждые 400 лет приходится не 100 високосных лет, а 97. Следовательно, погрешность в одни сутки набегает не за 128 лет, а за 3 280 лет.
В новом календаре был исправлен и 19-летний цикл, чтобы привести его в соответствие с реальными фазами Луны. В новом календаре полные Луны переносятся на одни сутки назад каждые 300 лет, а на 8 раз – через 400 лет (то есть 8 раз за 2500 лет).
Новый календарь получил название григорианского от имени папы Григория.
Внедрение григорианского календаря растянулось на несколько столетий. Поскольку его воспринимали как плод активности Римского папы, то протестантские государства относились к новому календарю отрицательно. Как писал один из протестантских полемистов, «лучше разойтись с Солнцем, чем сойтись с папой». Тем не менее, к середине XVIII ст. практически все страны Западной Европы перешли на новый календарь.
Папа Григорий XIII официально обратился к Константинопольскому патриарху Иеремии II с предложением перейти на новый календарь. Однако патриарх отказался это сделать.
Со второй половины XIX в. григорианский календарь постепенно превратился во всемирный календарь. В 1873 г. он был введен в Японии, а в 1911 г. – в Китае. В 1916 г. григорианский календарь приняло Болгарское царство, в 1919 – Королевство Румыния и Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев, в 1924 – Греция, в 1925 – Турецкая Республика, в 1928 – Египет. В феврале 1918 г. григорианский календарь был принят и в Советской России. В Украине новый календарь официально был введен законом Малого совета Украинской Народной Республики от 12 февраля 1918 г.
Итак, в начале 1920-х гг. вопрос церковного календаря приобрел обще православное измерение. Почти все Поместные Церкви столкнулись с проблемой несоответствия церковному календарю гражданскому. Константинопольский патриарх Мелетий IV (Метаксакис), избранный 25 ноября 1921 г., заявил о своем намерении провести реформу церковного календаря. С 10 мая по 8 июня 1923 г. в Константинополе работал Всеправославный конгресс. Здесь присутствовали делегаты от Кипрской, Сербской, Румынской и Элладской Церквей. Участники конгресса выступили за переход на так называемый новоюлианский календарь. Этот календарь разработан сербским астрономом Милутином Миланковичем и базируется на 900-летнем цикле, в течение которого отменяется 7 високосных дней. Соответственно, погрешность в одни сутки в новоюлианском календаре набегает за 43 500 лет. Однако до 28 февраля 2800 г. новоюлианский и григорианский календари совпадают. При этом конгресс решил оставить в употреблении традиционную восточную пасхалию, хотя и призвал все христианские конфессии создать единую для всех практику исчисления даты Пасхи Христовой.
Интересно, что первой Поместной Церковью, попытавшейся перейти на новоюлианский календарь, стала Русская Православная Церковь. 24 сентября 1923 г. совещание епископов под председательством Московского патриарха Тихона приняло решение перейти на новый календарь в октябре 1923 г. 1 октября 1923 г. патриарх Тихон издал послание о реформе календаря. Здесь говорилось, что следующий день после 1 октября следует считать 15 октября. В дальнейшем в церковной жизни должен был использоваться новый юлианский календарь. Однако введение нового календаря вызвало многочисленные протесты в епархиях. Потому уже 8 ноября 1923 г. патриарх Тихон издал распоряжение, в котором говорил, что внедрение нового стиля приостанавливается.
В марте 1924 г. на новый стиль перешли Константинопольская, Кипрская и Элладская Православные Церкви, в апреле 1924 г. – Православная Церковь в Польше, в октябре 1924 г. – Румынская Православная Церковь, в 1928 г. – Александрийская и Антиохийская, а в 1968 г. – Болгарская Церковь.
Интересно, что уже в начале ХХІ ст. в некоторых поместных церквях обсуждался вопрос о возможности вернуться к старому календарю. К примеру, в 2014 г. Архиерейский Собор Польской Православной Церкви принял решение вернуться к юлианскому календарю. При этом в приходах, где есть такая потребность, разрешено сохранить новый стиль. Польская Православная Церковь стала единственной Поместной Церковью, которая сначала приняла новый стиль, а затем (через 90 лет!) от него отказалась.
Сегодня по юлианскому календарю живут Иерусалимская, Русская, Грузинская, Сербская и Польская Православные Церкви. Остальные Поместные Церкви живут по новоюлианскому календарю. При этом автономная Финляндская Православная Церковь (в составе Константинопольского патриархата) живет по григорианскому календарю (включая западную пасхалию).
Внедрение нового календаря в Поместных православных церквях вызвало ряд тяжелых конфликтов. В частности, в Греции, Румынии и Болгарии произошли так называемые старостильные расколы, которые остаются непреодолимыми и по сей день.
Какие же претензии к новоюлианскому календарю выдвигают его противники? Совершенно очевидно, что центральной проблемой новоюлианского календаря является разбалансирование между неподвижным и подвижным годовым богослужебным кругом. В александрийской пасхалии, которая используется в Православной Церкви и по сей день, весеннее равноденствие отнесено к 21 марта по юлианскому календарю. Однако реальное астрономическое равноденствие наступает сегодня на 13 суток раньше. Неточность юлианского календаря приводит к тому, что день Пасхи Христовой постепенно двигается в сторону лета. В новоюлианском календаре погрешность юлианского солнечного года ликвидируется, но эта погрешность остается в исчислении пасхалии. Это и разрушает баланс между подвижными и неподвижными церковными праздниками.
Лучше всего это видно на примере Перового поста. Традиционно Петров пост начинается с понедельника после Недели всех святых и продолжается до дня святых апостолов Петра и Павла (29 июня по юлианскому календарю). В зависимости от дня празднования Пасхи Христовой продолжительность Петрова поста в юлианском календаре может составлять от 8 до 42 дней. Но, поскольку 29 июня в новоюлианском календаре смещается на 13 дней, это приводит к тому, что в годы с поздней Пасхой Петров пост может вообще исчезать. Поэтому в тех Поместных Церквах, которые живут по новоюлианскому календарю, иногда отменяют сплошную седмицу и начинают Петров пост раньше, чтобы не потерять его полностью.
По новоюлианскому календарю на период Великого поста могут приходиться праздничные дни, ранее праздновавшиеся исключительно в послепасхальный период. Например, праздник великомученика Георгия Победоносца по юлианскому календарю никогда не может приходиться на Великий пост. Это обуславливает и особый эмоциональный (пасхальный) характер этого праздника. Однако, в новоюлианском календаре день святого Георгия может прийтись на период пения Постной Триоди. Подобное сочетание служб вообще не предусмотрено Типиконом.
Следовательно, переход на более точный солнечный календарь при сохранении традиционной александрийской пасхалии порождает ряд непростых вопросов. Их решение требует взвешенной дискуссии, к которой следует привлекать специалистов не только по астрономии и пасхалии, но и по литургике и каноническому праву.
К тому же юлианский календарь часть церковной литургической традиции. Как любая традиционная вещь, юлианский календарь может, а часто и является объектом критики. Однако именно эти традиционные вещи — составляющая культурно-религиозной самоидентификации.
Вернемся к украинским реалиям. Как известно, недавние споры о праздновании Рождества в очередной раз разделили украинское общество. И в очередной раз показали, что, к сожалению, мы часто мыслим в категориях штампов и клише, порождениях того самого весьма «живучего» советского наследия. В целом, люди даже себе не отдают отчет в том, что сам по себе вопрос о дате празднования Рождества не есть изолированный отдельный вопрос. Что он может и должен быть рассмотрен только в контексте общего вопроса календарной реформы. Мне лично доводилось не раз отвечать на вопросы о календаре, и ни разу я не услышал сугубо календарного аргумента. Зато рекой лились аргументы, вроде: почему нам не праздновать Рождество как все в мире? Почему не отмечать Рождество вместе с Европой? И наконец, мой любимый: почему Московский Патриархат против празднования Рождества 25 декабря? (!!!). К сожалению, сегодня у нас можно видеть, как в полемике по поводу календаря предпринимаются попытки ставить клеймо на поклонников юлианского календаря почти как предателей национальных интересов. Такой подход — признак тоталитарного мышления и идеологической ангажированности. Дискуссии о дате Рождества лишний раз показали, что украинское общество в целом не готово уважать иные взгляды, мнения, желания другого человека. «Почему нам не праздновать Рождество как в Европе?». Здесь еще нужно разобраться, что значит «как в Европе?», где традиционное Рождество – Christmas, давно уже трансформировалось в нечто X-mas, ничего не имеющего общего с христианством и заточенное на светскую сторону празднования. Как будто Церковь, кому–то препятствует отмечать в такой манере. Но возникает встречный вопрос: «А почему бы нам не научится уважать мнение другого человека, как в Европе?» — а вместе с этим мнением права значительного числа верующих отмечать Рождество именно в тех традициях, которые характерны для нашей территории, включая календарную сторону.
Подводя итог, хотелось бы отметить, что в дискуссиях о календаре (впрочем, как и всех других) нужно, прежде всего, определить правильные, не тупиковые, направления развития дискуссии. К чему, собственно, она должна привести. И основополагающая задача богословов, канонистов и историков делать максимально известными для широкого круга все аспекты рассматриваемой темы. Также всегда стоит помнить, что Церковь при обсуждении чего бы то ни было не должна подгонять идеологическую базу под модные тренды.+СИЛЬВЕСТР,
архиепископ Белгородский,
викарий Киевской Митрополии,
ректор Киевской духовной академии и семинарии