В Православии монашество занимает одно из главных мест, задавая тональность всей церковной жизни. Основанием к его устроению послужило как Священное Писание, так и аскетическая жизнь древней Церкви. Эту особенность монашества подчеркивает русский религиозный философ Василий Розанов: «Иночество глубоко коренится в духе и сущности христианства и чтобы убедится в этом достаточно раскрыть правдивые сказания древних лет. Мы увидим, что дух монашества зародился вместе с проповедью Евангелия, с самого начала христианства, души, наиболее верные благой вести, избрали путь отречения от мира и его привязанностей. «Преподобные» явились на земле в лице тех, кто всеми силами души стремился уподобится Сладчайшему Иисусу». Именно желание следовать за Христом «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною...» (Мф. 16:24) в конечном итоге стало основой христианского аскетизма, на основании которого позже и появилось монашество.
И действительно, по справедливому замечанию митрополита Илариона (Алфеева), Господь предстает перед нами «как идеал совершенного монаха: Он не женат, свободен от родственных привязанностей, не имеет крыши над головой, странствует, живет в добровольной нищете, постится, проводит ночи в молитве».
Также и жизнь Пресвятой Богородицы. Ее подвиг послушания стал наилучшим примером для подражания и ярко выразился в словах Марии, сказанных при благовестии архангела: «се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему» (Лк.1:38)».
Отдельного рассмотрения требует вопрос о времени появлении монашества. В церковной литературе его начало чаще всего относят к IV веку. Однако правильнее было бы говорить, что в IV веке монашество организовывается как институт, появляются монашеские уставы, формируются правила общежительной жизни. Ведь само монашество упоминается и ранее. Например, для преподобного Феодора Студита иноческое житие, по сути дела, было почти названием подлинного христианства: «Некоторые люди спрашивают, откуда пошел обычай отказываться от этого мира и становиться монахами? Но их вопрос — это то же самое, что спрашивать, откуда пошел обычай становиться христианами? Также и святитель Василий Великий часто монахов называет просто как подвижников среди христиан.
Кроме того, другой причиной, почему монашество стало «заметным» как таковое только в IV веке, было и то, что именно в это время прекратилось массовое гонение на христиан, и монашество смогло выйти из под «тени» такового феномена как мученичество, которое считалось более радикальным методом подражания Христу. Этим объясняется, почему монашество стало называться «бескровным мученичеством».
Таким образом, именно иноческое житие вначале было сконцентрировано в местах, где проживало наибольшее количество христиан. Это были люди, которые жили в девстве и воздержании и которые иногда объединялись в общины «христиан-ревнителей». Жизнь в девстве и воздержании — это главная черта, о которой говорят авторы II – III века, описывая начальный христианский аскетизм. Профессор Евдокимов отмечает, что «отдельные отшельники и даже небольшие «монастыри» существовали в II-III веке и в Египте, и на Синае». Со временем центр монашества сместился в пустыни и другие отдаленные места. И уже в конце III — начале IV века мы видим развитие монашества по всему христианскому Востоку. В это же время, когда монастыри формировались как определенные организованные группа христиан во главе с настоятелем, до чистоты и нестяжания присоединился третий монашеский элемент — послушание.
Монашеские общины Древней Церкви имели разные формы существования. Самым распространенным был киновийный способ организации монашеской общины, когда монахи жили в общем монастыре под руководством опытного наставника — аввы. Такой уклад жизни монахов предписывал общежительный устав.
Вместе с этим популярным было и отшельничество, так называемый анахоретский тип монашества, когда иноки жили по-отдельности в пустыне. Такие подвижники руководились собственными правилами, руководствуясь при этом евангельскими заповедями.
В IX веке в Византии значительное влияние приобретает монашеский устав Студийской обители, параллельно с которым на Востоке развивался Иерусалимский монашеский устав. На Руси, с принятием христианства, был принят сначала Студийский устав, но с XV века его полностью вытеснил устав Иерусалимский, которым мы пользуемся и сейчас.
В административно-каноничной аспекте монашеской жизни Украинская Православная Церковь руководствуется «Положением о монастырях и монашестве», которое было принято на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 29 ноября — 2 декабря 2017 года. Во время обсуждения этого документа было рассмотрено много замечаний по поводу его содержания. Каждый спорный вопрос был тщательно проработан и соответствующие исправления были внесены в итоговый документ. Особенно острыми оказались вопроси о назначении игумена или игуменьи, об управлении монастырем со стороны архиерея, о монашеском образовании, об оставлении обители и о переходе монаха из одного монастыря в другой. В результате принятый документ стал основой регламентации монашеской жизни Руской Православной Церкви. Кроме того, это «Положение» является своего рода первый в истории таким документом, где содержатся практически все стороны регламентации монашеской жизни. «Положение» одобряет развитие внутренних монашеских традиций и обычаев в русле святоотеческого наследия. Особенно ценны в документе раздели, посвященные духовной жизни монаха, келейному правилу, молитве, как основе монашеской жизни, чтению святоотеческой литературы и особенно Священного Писания, образованию насельников монастыря, духовным беседам игумена с братией и духовном наставничестве монахов.
В соответствии с этим документом, по подчинению монастыри делятся на ставропигиальные, епархиальные, приписные. В такой форме в Украинской Православной Церкви сегодня существует 258 монастыря и 56 скитов, из них мужских — 133 монастыря и 33 скита, женских — 125 монастырей и 23 скита, в которых несут послушания приблизительно 4500 монахов и монахинь (70% от всего количества монашествующих в Украине). Еще 1100 монахов в священном сане несут послушание приходского служения.
В современном мире наибольшей проблемой, или лучше сказать наибольшей претензией к монашеству есть якобы его изолированность и отчужденность. Монахов часто упрекают в якобы эгоизме, в их безразличии к проблемам мира, устранения от решения социальных проблем, в склонности считать себя выше и лучше других людей. Но мы хорошо знаем, что монашеский уход от мира не есть проявлением пренебрежения к другим, не есть осуждением иного пути спасения – пути подвига христианизации и преображения самого мира. С пустыни монахи благословляют христианские города и села, молитвою и постом служат миру для его спасения. Священномученик Иоанн Восторгов утверждал, что «монастыри — это как бы запасные водоемы религиозного воодушевления; они питают и увлажняют иссохшие пустыни духа мирской жизни, они дают живительную и спасительную влагу душам жаждущим».
Надо сказать, что монашество возникло из идеи особенного проявления любви к Богу и к людям, а не с эгоистических мотивов достичь только личного спасения. Преподобный авва Дорофей говорит, что наша жизнь должна быть дорогой к совершенству, к постижению любви, которая возникает из нашего обращения к Богу и к ближним. Вспомним приводимое аввой сравнение: «представьте себе круг, начертанный на земле, средина которого называется центром; а прямые линии, идущие от центра к окружности, называются радиусами. Предположите, что круг сей есть мир, а самый центр круга — Бог; радиусы же, то есть прямые линии, идущие от окружности к центру, суть пути жизни человеческой. Итак, насколько святые входят внутрь круга, желая приблизиться к Богу, настолько, по мере вхождения, они становятся ближе и к Богу, и друг к другу; и сколько приближаются к Богу, столько приближаются и друг к другу; и сколько приближаются друг к другу, столько приближаются и к Богу».
Поэтому, для приближения к духовности Церкви, самым простым (но не единственным) путем есть монашество. Особенно это отразилось в опыте Восточной Церкви. Современные исследователи, в частности богослов Павел Евдокимов, подтверждают эти слова: «Лучшим путем для проникновения в православную духовность является постижение ее через монашество, которое сыграло главенствующую роль в ее формировании». Об этом же говорил и протопресвитер Иоанн Мейендорф: «опыт монашества... оставался всегда истинной сутью Православия». Интересно, что оба богослова не были монахами, при этом монашество преподносили очень высоко.
Так что именно монашество в истории Церкви стало тем поводырем, который идет впереди и напоминает всем другим, что конечная цель жизни каждого христианина — обожение. Об обожении человека, как «уподоблении по мере возможности Богу и единении с Ним» или как жизни во Христе, со Христом и ради Христа, говорили многие святые отцы Церкви Христовой. При этом они указывают на путь достижения этого состояния посредством внутреннего труда над собой, борьбы с грехом и победы над своей пристрастностью с помощью благодати Божией».
В конечном итоге святоотеческая мысль сводятся к тому, что именно монашество есть наиболее прямым путем к обожению, к стяжанию благодати Святого Духа, путем к Небесному Отцу и верной дорогой спасения.
